Подвыпившая шпана и раньше подворовывала, ломала носы прохожим, «наказывая» тех, кто посмел сделать им замечание. Августовской ночью подростки набросились на семью – родители хотели усмирить расшумевшуюся компанию под их окнами. Заступился за избиваемых взрослых гвардии прапорщик. Тогда он не знал, как поплатится за свой вызов.
«Мы тебя зароем!»
Эти слова из уст разъярённой молодёжи военному не показались простым запугиванием. Они кричали, не боясь подоспевших полицейских, что тот больше не жилец. Правоохранители всерьёз те угрозы не восприняли.
Четыре месяца спустя, 6 декабря, военный с другом возвращались домой ближе к полуночи. Они спокойно прошли мимо магазина, где, как обычно, в пятницу вопреки комендантскому часу толпились подростки. До двухэтажки друзьям оставалось не больше ста метров.
Свидетель Иван Игнатьев вышел во двор прогреть автомобиль – планировал ночью таксовать. На улице было тихо. Вдруг из-за угла на двух прохожих с криками кинулась свора. Прямо под фонарём, в нескольких метрах от дома Ивана Петровича. Игнатьев закричал, и это отпугнуло молодёжь. На обагрённом кровью снегу остались лежать двое. Вокруг валялись деревянные палки.
Друг военного отделался ушибами, а он сам хрипел, голова была как месиво. Впавшего в глубокую кому прапорщика увезла скорая. В Пироговке врач-реаниматолог заключил, что шансов у пациента нет – на черепной коробке не осталось живого места. Мужчину прооперировали, но... (продолжение этой жуткой истории читайте ЗДЕСЬ.
Изольда Зубальская.
